Социальная структура общества (2)

Реферат

Социальная структура – это устойчивая связь элементов в социальной системе. Основными элементами социальной структуры общества являются индивиды, занимающие определенные позиции (статус) и выполняющие определенные социальные функции (роли), объединение этих индивидов на основе их статусных признаков в группы, социально-территориальные, этнические и иные общности и т. д. Социальная структура выражает объективное деление общества на общности, роли, слои, группы и т. д., указывая на различное положение людей по отношению друг к другу по многочисленным критериям. Каждый из элементов социальной структуры, в свою очередь, является сложной социальной системой со своими подсистемами и связями.

Взять, к примеру, наш любимый ПГУПС: на его примере можно смоделировать общество в миниатюре.

Ректорат — высшая власть, которая была достигнута путём долгих трудов по обучению и, возможно, ещё каких-либо факторов. Ректор является главой нашего маленького государства.

кафедралах

Умственные

Ну и наконец низы общества-студиозусы! Они самые многочисленные и бесправные(что вполне нормально для многих обществ).

Если следовать мыслям господ Маркса и друга его Энгельса, то вскорости нас ждёт в институте революция…..

Но это я полез всё больше в другую науку-социологию, которая очень часто пересекается по многим вопросам с философией. В моей работе я буду иногда переходить эту грань. Не специально, а только от недостатка опыта и знаний.

Вот и скомканное вступление позади и настаёт время скучной прозы. Да! В этой моей работе встретится много умных и выспренних фраз (не моих!), но что делать, — мы родились слишком поздно и почти всё об этом вопросе уже сказано! Конечно, в век технического прогресса глупо не пользоваться интернетом и электронными библиотеками, но весь этот материал перед написанием был честно прочитан в социально-политической библиотеке ПГУПСа (1-313)!

Сначала будет небольшой экскурс по понятиям, а после я рассмотрю этот вопрос по учениям виднейших представителей философов того и нового времени.

2. Понятие социальной структуры общества.

Понятие социальной структуры в обществе обычно употребляют в следующих основных смыслах.

Начнём с определения: «Общество — в широком смысле, это совокупность исторически сложившихся форм совместной деятельности людей »1

В широком смысле социальная структура – это строение общества в целом, система связей между всеми его основными элементами. При таком подходе социальная структура характеризует все многочисленные виды социальных общностей и отношения между ними.

2 стр., 954 слов

Влияние научно-технического прогресса на социальную структуру ...

... — люди опустившиеся, выброшенные на обочину жизни общества. Применительно к ним существует система помощи и социальной реабилитации, ... обществе отсутствует присущее обществу индустриального типа четкое деление на социальные классы: буржуазию, пролетариат и крестьянство. Социально-классовая структура ... компании и может оказывать известное влияние на экономическую политику компании. Занятость большинства ...

В узком смысле термин «социальная структура общества» чаще всего применяется к социально-классовым и социально-групповым общностям. Социальная структура в этом смысле – это совокупность взаимосвязанных и взаимодействующих друг с другом классов, социальных слоев и групп.

В социологии существует большое множество концепций социальной структуры общества, исторически одной из первых является марксистское учение. В марксистской социологии ведущее место отводится социально-классовой структуре общества. Социально-классовая структура общества, согласно этому направлению, представляет собой взаимодействие трех основных элементов: классов, общественных прослоек и социальных групп. Ядром социальной структуры являются классы. Наличие классов в обществе отмечалось в науке и до Маркса в начале XIXв. Это понятие широко использовали французские историки Ф. Гизо, О. Тьери и английские и французские политэкономы А. Смит и Д. Рикардо. Однако наибольшее развитие учение о классах получило в марксизме. К. Маркс и Ф. Энгельс основали экономические причины возникновения классов. Они утверждали, что деление общества на классы есть результат общественного разделения труда и формирование частнособственнических отношений. Процесс образования классов происходил двумя путями: путем выделения в родовой общине эксплуататорской верхушки, которая первоначально состояла из родовой знати, и путем обращения в рабство военнопленных, а также обнищавших соплеменников, попадавших в долговую кабалу.

Этот экономический подход к классам зафиксирован в знаменитом определении классов, которое сформулировал в работе «Великий почин» и которое стало хрестоматийным в марксизме на протяжении 70 лет.

«Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы – это такие группы людей, из которых одна может присваивать труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства»1. Таким образом, по Ленину, главный признак класса – отношение к средствам производства (владение или не владение) определяют роль классов в общественной организации труда (управляющие и управляемые), в системе власти (господствующие и управляемые), их благосостояние (богатые и бедные).

Борьба классов служит движущей силой общественного развития.

Марксизм делит классы на основные и неосновные.

Основными классами являются такие, чье существование непосредственно вытекает из господствующих в данной общественно-экономической формации экономических отношений, прежде всего, : рабы и рабовладельцы, крестьяне и феодалы, пролетарии и буржуазия .

Неосновные – это остатки прежних классов в новой общественно-экономической формации или зарождающиеся классы, которые придут на смену основными и составят основу классового деления в новой формации. Помимо основных и неосновных классов структурным элементом общества являются общественные слои (или прослойки).

4 стр., 1866 слов

Общество как субъект социальной жизни

... работе выявлены признаки общества как субъекта социальной жизни и рассмотрены основные сферы социальной жизнедеятельности общества. 1.Общество как субъект социальной жизни Само общество может быть рассмотрена как определенная система взаимодействующих ... партии, профсоюзы, молодежные, женские и пр.организации и т.п., * социальная - классы, страты, социальные группы и слои, нации и т.п., * духовная - ...

Социальные слои – это промежуточные или переходные группы, не имеющие ярко выраженного специфического отношения к средствам производства и, следовательно, не обладающие всеми признаками класса. Социальные слои могут быть внутриклассовыми (часть класса) межклассовыми. К первым можно отнести крупную, среднюю. Мелкую, городскую и сельскую монополистическую и немонополистическую буржуазию, промышленный и сельский пролетариат, рабочую аристократию и т. д. Историческим примером межклассовых слоев является «третье сословье», в период вызревания первых буржуазных революций в Египте – городское мещанство, ремесленничество. В современном обществе – интеллигенция. В свою очередь, межклассовые элементы современной структуры могут иметь свое внутреннее членение. Так, интеллигенция подразделяется на пролетарскую, мелкобуржуазную и буржуазную. Таким образом, социально-слоевая структура не вполне совпадает с классовой. Использование понятия социального строя по мысли марксистских социологов, позволяет конкретизировать социальную структуру общества, указать на ее многообразие и динамизм.

Несмотря на то, что в условиях идеологического диктата и процветания догматизма в марксистской социологии абсолютное господство имело ленинское определение классов, основанное не сугубо экономическом подходе, часть марксистских социологов осознавала, что классы – это более широкое образование. Следовательно, концепция социально-классовой структуры общества должна включить в себя политические, духовные и иные связи отношения. При более широком подходе в интерпретации социальной структуры общества значительное место отводится понятию «социальные интересы».

Интересы – это реальные жизненные стремления индивидов, групп и иных общностей, которыми они осознанно или неосознанно руководствуются в своих действиях и которые обуславливают их объективное положение в социальной системе. В социальных интересах находят наиболее обобщенное выражение актуальные потребности представителей тех или иных социальных общностей. Осознание интересов осуществляется в ходе непрерывно происходящего в обществе процесса социального сравнения, то есть сопоставления жизненного положением сопоставлением других социальных групп. Для понимания классов существенное значение имеет термин «коренные социальные интересы», который отражает наличие у крупных социальных интересов, которые определяют его существование и общественное положение. На основе всего вышеизложенного можно предложить такое определение классов: классы – это большие социальные группы, различающиеся по их роли во всех сферах жизнедеятельности общества, которые формируются на основе коренных социальных интересов. Классы имеют общие социально-психологические характеристики, ценностные ориентации, свой «кодекс» поведения.

(«3») Каждая социальная общность является субъектом деятельности и отношений. Классы как социально-политическая общность имеют общую для всех своих членов программу деятельности. Эту программу, соответствующую коренным интересам этого или иного класса, вырабатывают его идеологии.

Социальные слои при таком подходе представляют собой социальные общности, объединяющие людей на основе каких-то частных интересов.

5 стр., 2177 слов

Социальная структура и социальная стратификация общества

... этой точки зрения социальную структуру общества можно представить как более или менее устойчивое соотношение социальных слоев и групп. Для изучения многообразия иерархически расположенных социальных слоев призвана теория социальной стратификации. социальный стратификация каркас отношение 2. ...

3. Теория социальной стратификации и социальной мобильности.

Марксистскому учению о классах как основе социальной структуры общества в западной немарксистской социологии противостоит теория социальной стратификации. Представители этой теории утверждают, что понятие класса, вероятно, годится для анализа социальной структуры прошлых обществ, в том числе и индустриального капиталистического общества, но в современном постиндустриальном обществе оно не работает, потому что в этом обществе на основе широкого акционирования, а также выключения основных держателей акций из сферы управления производством и заменой их наемными менеджерами, отношения собственности оказались размыты, потеряли свою определенность. Поэтому понятие «класс» должно быть заменено понятием «страта» (от латинского stratum – слой) или понятием социальная группа, а на смену теории социально-классового строения общества должны прийти теории социальной стратификации1.

Теории социальной стратификации базируются на представлении, что страта, социальная группа, представляет собой реальную, эмпирически фиксируемую общность, объединяющую людей на каких-то общих позициях или имеющих общее дело, которое приводит к конструированию данной общности в социальной структуре общества и противопоставлению другим социальным общностям. В основе теории стратификации лежат объединения людей в группы и противопоставление их другим группам по статусным признакам: властным, имущественным, профессиональным, образовательным и т. д. При этом предлагаются различные критерии стратификации. Западногерманский социолог Р. Дарендорф предложил в основу социальной стратификации положить политическое понятие «», которое, по его мнению, наиболее точно характеризует отношения власти и борьбу между социальными группами за власть. На основе этого понятия Р. Дарендорф делит все современное общество на управляющих и управляемых. В свою очередь, управляющих делит на две подгруппы: управляющих собственников и управляющих не собственников – бюрократов-менеджеров . Управляемая группа также разнородна. В ней можно выделить, по крайней мере, две подгруппы: высшую – «рабочую аристократию» и низшую, низко квалифицированных рабочих. Между этими двумя социальными группами находится промежуточный «новый средний класс» – продукт ассимиляции рабочей аристократии и служащих с господствующим классом – управляющими.

Близко по критериям к Дарендорфу является теория социальной стратификации, предложенная американским социологом Л. Уорнером. Он провел в американских городах методом включенного наблюдения и на основе субъективных самооценок людей относительно их социальной позиции по четырем параметрам: доход, профессиональный престиж, образование, этническая принадлежность – выделил в правящих социальных группах: высшую, высшую промежуточную, средне высшую, средне промежуточную, промежуточно-высшую, промежуточно-промежуточную. Американский социолог Б. Барбер провел стратификацию общества по шести показателям: 1) престиж, профессия, власть, могущество; 2) доход или богатство; 3) образования или знания; 4) религиозная или ритуальная частота; 5) положение родственников; 6)этническая принадлежность. Французский социолог А. Турэн считает, что в современном обществе социальная дифференциация происходит не по отношению к собственности, престижу, власти, этносу, а по доступу к информации. Господствующее положение занимают те люди, которые имеют доступ к наибольшему количеству информации.

3 стр., 1253 слов

Виды деятельности человека

... деятельность человека. Деятельность — это активность человека, направленная на достижение сознательно поставленных целей, связанных с удовлетворением его потребностей и интересов, на выполнение требований к нему со стороны общества ... психологию. ... деятельности называют действием. Действия человека также совершаются по тем или иным мотивам и направлены на достижение определенных целей. Действия человека ...

Теория социальной стратификации, выдвигающая те или иные критерии деления общества на социальные слои, группы, служит методологической основой для формирования теории социальной мобильности, или социального передвижения.

Социальная мобильность – это изменение индивидов или группой социального статуса, места, занимаемого в социальной структуре общества. Термин «социальная мобильность»1 был введен в социологию в 1927 году , который рассматривал социальную мобильность как любое изменение социального положения, а не только переход лиц и семей из одной социальной группы в другую. Согласно взглядам , социальная мобильность означает перемещение по социальной лестнице в двух направлениях: 1) вертикальном – движение вверх и вниз; 2) горизонтальном – передвижение на одном и том же социальном уровне.

Одним из дискуссионных вопросов теории социальной мобильности является вопрос о том, означает ли социальную мобильность переход одного индивида из данной социальной группы в другую или же социальное перемещение в подлинном смысле происходит лишь тогда, когда новый статус закрепляется за семьей этого индивида и, следовательно, социальная мобильность происходит тогда, когда социальный статус меняется у различных поколений. Французские социологи П. Берту и Р. Бурдон утверждали, что социальная мобильность означает переход индивидов из одной социальной категории в другую на протяжении его биографической или профессиональной жизни, на основе сравнения его позиции с социальным статусом его родителей. Таким образом, здесь за точку отсчета берется социальное происхождение. Слабость этой позиции состоит в том, что она как бы предполагает неизменное состояние общества, Но общество динамично меняется, и поэтому социальные статусы различных поколений могут быть несопоставимы. Нужны такие критерии, которые позволяли бы учитывать изменение социальной структуры общества.

Проблемам социальной мобильности посвящаются многие конкретно-социологические исследования в различных странах мира. Данные о социальной мобильности в какой-то мере позволяют судить о степени открытости общества, его демократичности. Людям важно знать, насколько то или иное общество предоставляет возможность для продвижения индивидов и поколений из низших категорий в высшие, каким путем формируется правящая элита общества, возможно ли проникновение в правящую элиту из других социальных групп.

Важнейшей составной частью философии является системный анализ общества и исторического процесса в целом. Особая важность такого анализа непосредственно связана с решающим значением в философии проблемы отношения человека и мира. Так или иначе, при любом подходе для философского понимания социальной структуры общества нужно решить двуединую задачу:

Понять место общества, как системы в общем устройстве мира и.. Уяснить общие инварианты социального устройства на всём протяжении его исторического развития.1

Философия была бы неполной и односторонней, если бы она абстрагировалась от человека, а значит, и от общества, ограничивая свои интересы исследованием ненаселенной людьми природы. Такая «безлюдная» философия перестала бы быть учением о всеобщем, её познавательная и методологическая ценность была бы значительно снижена.

Все это превращает системное философско-социологическое осмысление общества и исторического процесса в абсолютно необходимую и притом органически составную часть философии.

10 стр., 4608 слов

Философия общества

... человека как личность, то деятельность человека, отношения, в рамках которых осуществляется деятельность, социальные институты, поддерживающие отношения - главные, хотя и не единственные, его элементы. Понятие общества следует отличать от других ...

Понятно, что философско-социологический анализ общества не должен вести к узурпации прав и территории других наук об обществе. Это должен быть именно философский анализ общественной жизни под углом зрения основного вопроса философии, с позиций выявления не частных, а общих законов движения и развития общества и т. д. Общество – особая подсистема объективной реальности, специфическая, социальная форма движения материи. Своеобразие этой подсистемы состоит прежде всего в том, что историю общества делают люди. В живой природе, например, в лучшем случае происходит лишь приспособление организмов к природным условиям, общество не приспосабливает в ходе преобразующей практической деятельности вещества природы и её процессы для удовлетворения своих потребностей. Деятельность, таким образом, есть способ существования социального, ибо всякое изменение социального, т. е. его движение, реализуется через деятельность.

В отличие от природы общество имеет свои пространственно-временные границы и подчиняется в своем движении. наряду с общими, особенным и специфическим законам.

Философский анализ общества имеет своей целью на основе исследования конкретно-исторических обществ или их состояний построение идеальной модели общества с использованием целой системы философских категорий. К ним относятся категории деятельности, материального производства, общественных отношений, базиса и надстройки, общественно-экономической формации и т. д. Здесь же важно подчеркнуть, что теоретическая модель общества позволяет решить ряд задач. Она дает возможность выявить социальную необходимость, отвлекаясь от случайностей, представить изучаемый объект в предельно развитой форме, выявить законы его движения.

Логическая схема, естественно, беднее живой истории, но она схватывает её суть, что и позволяет, отталкиваясь от этой сущности, глубже разобраться в конкретном историческом материале, помогает найти правильное решение той или иной проблемы, вставшей на в определенной конкретной ситуации. Философская методология сама по себе не претендует на непосредственное раскрытие причин тех или иных социальных процессов и явлений во всем их конкретном многообразии, но она помогает правильно поставить проблему и дает ориентиры в научном поиске её решения.

Что же такое общество? Прежде всего, общество — это определенная целостность, особая подсистема объективной реальности. Но если это система, то её основу как всякой системы составляют элементы, требования к которым должны, по-видимому, состоять в следующем: во-первых, их должна отличать простота, во-вторых, они должны присутствовать во всех срезах системы и, в-третьих, они должны выступать в качестве своеобразных первокирпичиков системы. Что же это за элементы?

(«4») Ключевым, решающим элементом является, очевидно, человек как субъект истории, выполняющий эту роль действительно на всех этажах . Можно сказать, что человек – это главный, краеугольный устой общества. Но свою роль субъекта истории человек реализует в форме активного отношения к миру в виде деятельности , содержание которой составляет его целесообразное изменение и преобразование. Деятельность выступает в самых различных формах, причем формы деятельности и её виды с ходом истории становятся все более разнообразными. Деятельность и предстает в качестве второго элемента общества как системы. Наконец, третий элемент социальной системы — общественные отношения, складывающиеся на основе всего многообразия социально значимых видов деятельности. Именно деятельность как способ существования социального объединяет социальные атомы, цементирует их, превращая через систему общественных отношений простую сумму индивидов в нечто большее — в некоторую органическую целостность, в общество.

2 стр., 874 слов

Место социологии в системе наук об обществе и человеке

... социологии в системе наук об обществе. Задачи работы – изучить взаимосвязь социологии с другими науками, определить место социологии в системе наук об обществе и человеке. 1. Социология и другие общественные науки Каково же место социологии в системе общественных наук? Как соотносится социология с другими, родственными ей науками? Социология ...

Но что такое общественные отношения? Общественные отношения это многообразные связи между членами общества, социальными группами, а также внутри них, возникающие в процессе материально-производственной, экономической, социальной, политической и духовной жизни и деятельности.

При этом общественные отношения не однородны, в их системе выделяются первичные и вторичные уровни. К первичному уровню принадлежат материальные, т. е. складывающиеся независимо от сознания общественные отношения. К их числу в первую очередь относятся производственные, экономические отношения (наряду с этим могут быть выделены и такие виды материальных отношений, как организационно-технические и социально-бытовые).

Вторичный уровень образуют идеологические отношения, которые в отличие от отношений первого уровня складываются, возникают лишь проходя через сознание, на базе определенных идей и взглядов.

Таким образом, общество представляет собой совокупность людей, связанных системой общественных отношений, складывающихся на основе всего многообразия социально значимых видов деятельности. Надо заметить, что, по мнению многих философов: «Не всякая общность людей является обществом, но любое общество – это так или иначе, самоуправляющаяся общность»1.

Общество — самоизменяющаяся и саморазвивающаяся система. Источники его саморазвития (как и развития мира в целом) заключены в противоречиях, приобретающих в обществе характер специфических, социальных противоречий.

Ядро же самодвижения общества образует деятельность, выступающая в качестве способа существования социального, поскольку всякое изменение общества реализуется через деятельность. Деятельность — основная и решающая сфера проявления социальной активности субъектов истории, начиная с отдельных индивидов и кончая человечеством в целом. Но что же побуждает людей к деятельности, питает их социальную активность?

Социологи до Маркса, полагали, что все дело в свободной воле, в желаниях, мыслях и идеалах, которые рождаются в головах людей и движут их поступками, их действиями.

Здесь есть доля истины. «Все, что приводит людей в движение, — справедливо отмечал Ф. Энгельс, — должно пройти через голову». Но сами воля, желания, мысли людей детерминированы материальными факторами, за ними следует видеть их объективную материальную основу в виде потребностей и интересов масс, социальных групп, отдельных личностей. Роль потребностей и интересов в побуждении к деятельности отчетливо просматривается в самоё её структуре, основными соподчиненными элементами которой выступают: потребность, интерес — цель деятельности — её мотив — собственно деятельность — результат.

Потребность выступает как исходный момент в пусковом механизме развития общества. Потребность — это нужда в чем-либо, необходимом для поддержания жизнедеятельности организма, человеческой личности, социальной группы, общества в целом. При этом объем и характер потребностей зависят как от уровня развития общества и общественного производства, так и от условий деятельности и места различных групп людей в системе общественных отношений.

4 стр., 1696 слов

Реферат по обществознанию 6 класс человек личность

... человека и его деятельность и других наук, обществознание , психология, языкознание и некоторые другие науки занимаются изучением проблемы личности. На этой странице материал по темам: Что такое личность реферат 6 класс ... объективных интересов, поднимаются на ступень личности. Самостоятельность личности Поскольку в личности воплощаются существующие между людьми социальные отношения, возникает вопрос ...

Общественные потребности не ограничиваются индивидуальными потребностями, вновь выступают и как потребности социальных групп, общества в целом. Они и побуждают не только отдельные личности, но и большие группы людей либо поддерживать старое, либо выступать за его устранение, за утверждение нового, побуждают к разрешению назревших противоречий.

При этом потребности выступают и в конечном счете осознаются как интересы. Интересы выражают отношение общества, данного класса, социальной группы ко всей совокупности общественных институтов, материальных и духовных ценностей на определенном этапе развития. Можно сказать, что интересы представляют важнейший элемент механизма, посредством которого объективные, сложившиеся в обществе потребности осваиваются социальными группами, социальными силами и превращаются в мощный фактор, побуждающий их к социальному действию.

Интересы имеют объективное основание в системе общественных отношений. «Экономические отношения каждого данного общества проявляются, — писал Ф. Энгельс, — прежде всего как интересы».

Поскольку положение социальных групп, индивидов в системе общественных отношений неодинаково, различны и их интересы. Больше того, на каждом этапе истории складывается сложная, многомерная система интересов. Борьба за реализацию потребностей класса, группы и выступает как борьба за удовлетворение их интересов. При этом различают интересы основные и неосновные, материальные и духовные.

Учет интересов различных общественных групп в экономической и политической сфере деятельности людей играет огромную роль. Это положение имеет большое значение и в наши дни. Долгое время считалось, что советское общество существует как нечто единое, монолитное слабо структурированное. Допускалось, что между двумя дружественными классами и интеллигенцией имеют место лишь небольшие различия в интересах. Сейчас обнаружилось, насколько различны интересы различных классов, социальных слоев, национальных общностей.

И хотя исследование этой сложности только началось, в практической деятельности необходимо учитывать сущность и динамику интересов различных профессиональных, возрастных, демографических, национальных и иных групп. Исследование диалектики интересов дает ключ к выявлению движущих сил развития общества на разных этапах истории. Движущей силой исторического процесса, является деятельность всех его «участников» – и социальных общностей, и индивидов, и выдающихся личностей. На основе их совокупной деятельности и развивается история общества.

Понятие «субъект исторического процесса» достаточно емкое и вместе с тем широкое. История есть результат деятельности всех индивидов и общностей, поэтому все они, хотя и по-разному, выступают в качестве субъектов истории и её движущих сил.

Но до уровня субъекта поднимаются те и тогда, кто и когда осознает свое место в обществе, руководствуется общественно значимыми целями и участвует в борьбе за их осуществление. Формирование такого субъекта есть результат истории. При этом общая тенденция исторического процесса состоит в том, что в сознательное историческое творчество все более широкие массы. Так, миллионы простых людей и целые общности, в прошлом весьма далекие от политики, сегодня превращаются из пассивных свидетелей в активных и сознательных субъектов исторической практики.

12 стр., 5690 слов

Исторические типы социальной стратификации: рабство, касты, сословия, ...

... четырем направлениям. Исторические типы социальной стратификации: рабство, касты, сословия, классы. Классовая дифференциация общества. В социологии известнычетыре главных типа стратифика­ции — рабство, ... данной общности формы взаимодействия (взаимно сориентированных действий). Измерение интересов – измерение, касающееся различных интересов (или, в веберовской трактовке, – жизненных возможностей) в ...

В прямом, непосредственном смысле слова субъектом является личность, действующая сознательно и ответственная за свои поступки. Но поскольку речь идет об общественной истории было бы неверно ограничивать понятие субъекта, трактуя его только в личностном плане. Социальная группа тоже может быть субъектом, если у неё есть общие интересы и цели. В отличие от индивидуального субъекта группу можно рассматривать как социального субъекта, в качестве которого может выступать та или иная социальная общность. Иначе говоря, реально существует множество социальных субъектов.

Люди сами творят свою собственную драму-историю, причем побуждают их к историческому действию их потребности и интересы. Общество, таким образом, выступает как саморазвивающаяся система. Источником же общественного саморазвития является социальные противоречия, а движущими силами субъекты истории и те средства, факторы, которые обеспечивают разрешение этих противоречий и поступательное движение общества. Особое место среди субъектов истории занимают народные массы.

Социальная структура общества предполагает рассмотрение общества как целостной системы, имеющей внутреннюю дифференциацию, причем различные части этой системы находятся в тесной взаимосвязи между собой. Различные социальные общности людей в реальной жизни постоянно взаимодействуют между собой, взаимопроникают друг в друга. Отношения классов, например, оказывают большое влияние на отношения наций, отношения наций в свою очередь оказывают определенное влияние на отношения классов.

(«5») Вся сложная совокупность социальных общностей, которая существует в современных условиях представляет собой не просто некое множество параллельно сосуществующих социальных сил, а органическую социальную систему, качественно определенную общественную целостность. В том и состоит сложность существования и функционирования социальной структуры общества, что в ней различные социальные общности, взаимопроникая, переплетаясь, взаимодействуя между собой, в то же время сохраняются как качественно устойчивые социальные образования.

Социальная структура рассматривается в широком и узком смысле слова. Социальная структура в широком смысле слова включает в себя различные виды структур и представляет собой объективное деление общества по различным, жизненно важным признакам. Наиболее важными разрезами этой структуры в широком смысле слова являются социально-классовая, социально-профессиональная, социально-демографическая, этническая, поселенческая и т. д.

Социальная структура в узком смысле слова — это социально-классовая структура, совокупность классов, социальных слоев и групп, которые находятся в единстве и взаимодействии. В историческом плане социальная структура общества в широком смысле слова появилась значительно раньше, чем социально-классовая. Так, в частности, этнические общности появились задолго до образования классов, в условиях первобытного общества. Социально-классовая структура начала развиваться с появлением классов и государства. Но так или иначе на всем протяжении истории существовала тесная взаимосвязь между различными элементами социальной структуры. Более того, в определенные эпохи различные социальные общности (классы, нации или другие общности людей) начинали играть ведущую роль в исторических событиях.

Социальная структура общества носит конкретно-исторический характер. Каждой общественно-экономической формации свойственна своя социальная структура, как в широком, так и в узком смысле слова, в каждой из них те или иные социальные общности играют определяющую роль. Так, хорошо известно, какую большую роль в развитии экономики, торговли, науки и культуры сыграла буржуазия в период Возрождения в странах Западной Европы. Не менее важной оказалась роль русской интеллигенции в развитии общественной жизни России в ХIХ веке.

В этой связи необходимо отдельно остановиться на роли социально-классовой структуры и роли классов, классовых отношений в социальной структуре общества. Известно достаточно много фактов истории, свидетельствующих о том, что именно классы и их отношения наложили большой отпечаток на социальную жизнь общества, потому что именно в классовой общности воплощаются наиболее важные экономические интересы людей. Поэтому социально-классовая структура общества играет ведущую роль в социальной жизни общества. Однако не менее важное значение, особенно в современных условиях, принадлежит и другим социальным общностям людей (этническим, профессиональным, социально-демографическим и т. д. ).

Вопросам изучения социальной структуры общества уделяли большое внимание философы разных времен и поколений. Во все времена учёные задумывались над природой отношений между людьми, над проблемой угнетённых и угнетателей, над справедливостью или несправедливостью неравенства. Вот как развивались взгляды на социальное неравенство до XIX века.

Теория классов К. Маркса

Дадим сначала каноническое определение класса: «Класс, как общность складывается на базе экономических интересов, отношений собственности; он базируется на глубоких, фундаментально важных для общественного бытия человека ценностях. Поскольку класс — это общность, базирующаяся на фундаментальных экономических интересах людей, постольку он представляет собой так называемую сильную общность. Силы классового сцепления взаимодействия, социально-регулятивная роль классовой общности по отношению к отдельным личностям велики и эффективны»1.

Сам Маркс справедливо отмечал, что ему не принадлежит открытие существования классов и их борьбы между собой. Однако до Маркса никто не давал столь глубокого обоснования классовой структуры общества, выводя её из всей системы экономических отношений.

По Марксу, классы возникают и противоборствуют на основе различного положения и различных ролей, выполняемых индивидами в производственной структуре общества, то есть основой образования классов является общественное разделение труда. В свою очередь борьба между общественными классами выступает источником социального развития .

Главным своим открытием, которое даёт ключ к пониманию теории классового деления, Маркс считал двойственный характер труда (исполнительский и организаторский труд), великое таинство социального расчленения людей.

О социальных классах, их происхождении, внутренней дифференциации, промежуточных слоях Маркс писал уже в своих ранних работах, где ещё не различал классов и сословий. В дальнейшем у него сложилось достаточно строгое понимание классов, но целостное определение этого понятие у него отсутствует. Интерпретациями концепции Маркса и определением понятия «класс» занимались многие его последователи и критики. Так, Ленин предложил следующее определение: «Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определённой системе общественного производства, по их отношению (большей частью закреплённому и оформленному в законах) к средствам производства, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может присваивать труд другой, благодаря различию их места в определённом укладе общественного хозяйства»1. Чарльз Андерсон, американский социолог, проанализировав взгляды Маркса, называет следующие критерии социального класса:

  • общественная позиция в экономическом способе производства;
  • специфический образ жизни;
  • конфликтные и враждебные отношения с другими классами;
  • социальные отношения и общность, выходящие за местные и региональные границы;
  • классовое сознание;

— В марксовом восприятии класса важное место занимает категория интереса, объяснение интересов основных классов. Люди, находящиеся в различных отношениях к средствам производства, имеют противоположные интересы. В буржуазном обществе фабрик заинтересованы в увеличении прибыли, создаваемой рабочими. Рабочие, естественно сопротивляются такой эксплуатации. Но класс капиталистов, в силу обладания экономической властью, обладает и государственной властью, и, вследствие этого, может подавлять любое выражение несогласия со стороны рабочих.

При изучении классов и их отношений важны, по Марксу, следующие понятия: «классовая сознательность», «классовая солидарность» и «классовый конфликт».

(«6») Классовая сознательность — осознание классом своей роли в производственном процессе и своего отношения к другим классам. Для окончательного конституирования класса из изолированных индивидов необходимо осознание единства, отличия от других классов и даже враждебности по отношению к другим классам. Конечная стадия сознательности достигается тогда, по мнению Маркса, когда, например, рабочий класс начинает понимать, что своей справедливой цели он может достичь, лишь уничтожив капитализм, но для этого ему нужно объединить свои действия.

Классовая солидарность — степень осознания единства или даже воля к совместным действиям, необходимая для достижения политических и экономических целей класса.

Классовый конфликт имеет два этапа:

1) неосознанная борьба между двумя классами, когда классовое сознание ещё недостаточно развито;

2) сознательная и целенаправленная борьба.

Диалектико-материалистическая концепция классов содержит в себе много рационального, она отражает важные стороны объективного развития общества. Поэтому оспаривать вклад К. Маркса в учение о классах, равно как и отрицать важные моменты, содержащиеся в нем было бы неверно. В то же время в этом учении видна явная абсолютизация роли классов, и классовых отношений, что привело к ряду крупных перекосов в социально-философской картине общественного развития.

Естественно-органическое учение о классах Герберта Спенсера.

Почти одновременно с Марксом и в противовес ему свои представления о социальном неравенстве высказал Герберт Спенсер. Сущность эволюции общества он видел в переходе от гомогенности к гетерогенности, то есть возрастающем разнообразии. Идея Спенсера о всеобщей тенденции к росту внутренней дифференциации основывается на признании аналогии между биологическим и социальным организмами. По Спенсеру, всякое развитое общество имеет три институциональных системы. Поддерживающая система — это организация частей, обеспечивающая в живом организме питание, а в обществе — производство необходимых продуктов. Распределительная система обеспечивает связь различных частей социального организма на основе разделения труда. И регулятивная система .

Источником классовых различий он считал завоевание. Победители образуют господствующий класс, побеждённые становятся рабами или крепостными. В обществе Спенсер находил три системы органов — три класса. Низший класс выполняет функции поддержания жизни общества путём добывания материалов для пищи и изготовления её; средний класс занят доставкой, покупкой и продажей этих продуктов, действуя аналогично сосудистой системе у животных; высший класс — руководящий, направляющий, господствующий. По сути теория Спенсера представляла собой оправдание существовавших порядков.

Теория возникновения классов на основе разделения труда и образования профессий.

Возникла и получила распространение в последней четверти XIX века в Германии. Ярким представителем этого направления был Густав Шмоллер. Он выдвинул теорию множественности критериев различий между классами и предложил следующие основы их образования: раса, распределение дохода, разделение труда и образование профессий. Последний представлялся авторам наиболее значимым.

Появление профессий и разделение труда внутри народов создаёт при известных условиях особые разновидности в народном характере, переходящие из поколения в поколение, в результате чего духовная и физическая приспособленность к определённого рода деятельности развивается настолько, что дети зачастую продолжают профессию отцов, формируют семьи из круга родственных профессий. В итоге вырабатывается определённых вид воспитания, нравственности и привычек, что способствует закреплению типичных классовых черт.

Важнейшей характеристикой классов Шмоллер считал их иерархичность, причину которой видел частично в распределении власти и политической силы, но главным считал присущее человеку чувство и способ мышления. Высшая оценка и ранг завоёвывались в течение поколений. Классовая иерархия является стимулом общественного прогресса, поскольку, как индивид, каждый класс стремится подняться на высшую социальную ступеньку. Шмоллер поддерживал идею выживания сильнейших и деятельных, считал полезным господство аристократии.

Теория классов на основе социальных рангов.

Одним из её авторов был французский социолог Рене Вормс. Вормс рассматривал классовое расчленение общества вместе с профессиональным. Два этих расчленения существенно различны, но нельзя представить себе одно, не уяснив другого. Различие же между ними в том, что профессии располагаются одни наряду с другими, а классы расположены одни над другими. Вормс называет деление по профессиям горизонтальным, деление же на класса – вертикальным.

Под классом Вормс предлагает понимать совокупность индивидов, ведущих одинаковый образ жизни, имеющих в силу одинаковости своего положения одинаковые стремления и одинаковый образ мыслей. Это результат сотрудничества индивидов в одном общем деле и равенства богатства.

«Социальный ранг», согласно Вормсу, — множественная характеристика индивидов по богатству, власти, престижу, воспитанию, образу жизни и т. д. Вормс не отрицает борьбу между социальными классами. Под этой борьбой он понимает усилия классов, имеющих низкий ранг, вырвать у высшего класса те преимущества, благодаря которым он занимает высший ранг.

В конце XIX — начале XX вв. Зародилось учение об общественных классах на основе различий в уровне жизни, родственное концепции “социального ранга”, а также распределительные теории. Вся эта группа учений о классах исходила либо из размеров богатства, либо либо из различий источников существования. Сами по себе эти показатели существенны при характеристике классов, но но могут ли они служить главным критерием классового разделения? Такие теории получили широкое распространение среди марксистов после смерти Маркса, который считал такой подход в изучению классов недопустимым, и Энгельса (теории Бернштейна, Каутского, Туган-Барановского).

Помимо вышеупомянутых и вкратце описанных концепций социально-классовой структуры общества, противопоставляемых авторами более весомой марксовой теории, существовал также ещё один значительный взгляд на общественное устройство. Решающее значение для складывания современных представлений о сущности, формах и функциях социального неравенства, наряду с Марксом, имел Макс Вебер.

Социальная стратификация Макса Вебера

(«7») Тогда как Маркс подчёркивал значение экономических факторов в качестве социального класса, Вебер отмечал, что экономические интересы есть лишь частный случай категории «ценности». Вебер считал марксову модель слишком простой для объяснения сложностей стратификации, хотя и заслуживающей внимания. Кроме экономического он учитывал также такие аспекты как власть и престиж. Различия в собственности порождают классы; различия, имеющие отношение к власти, порождают политические партии; престижные различия дают статусные группировки, или страты.

Вебер не дал точного и объёмного определения классов. Это, по Веберу, совокупность людей, имеющих сходные жизненные шансы, детерминированные их властью, дающей возможность получать блага и иметь доходы. Собственность важный, важный, но не единственный критерий класса. Определяющий аспект классовой ситуации, несомненно, — рынок, виды возможностей индивида на рынке, то есть возможности обладания благами и получения доходов в условиях рынка товаров и труда. Таким образом, класс – люди, находящиеся в одной классовой ситуации, имеющие общее положение в экономической сфере1.

В отличие от Маркса, Вебер сомневался в вероятности того, что рабочие смогут «подняться» до «настоящей» классовой сознательности и объединиться в общей классовой борьбе против системы-эксплуататора. Согласно Веберу, это может произойти только если рабочие поймут, что контраст жизненных шансов не неизбежен, а причина его в несправедливом распределении собственности и экономическая структура в целом.

Качественное отличие Вебера от Маркса начинается с введения второго главного измерителя стратификации – «статуса»2, который является положительной или отрицательной оценкой почёта (престижа), полученного индивидом или позицией. В основе статусных групп (страт) лежит некоторое, разделяемое всеми, количество социально приписываемого престижа. Вебер отмечает, что статусная почесть совсем не обязательно связана с классовой ситуацией, более того, находится в оппозиции всему, что связано с собственностью.

Опираясь на свою концепцию экономических и статусных факторов стратификации, Вебер конструирует собственное понимание власти. Власть, которая в традиционном марксистском анализе проистекает от классового положения, на самом деле – гораздо более сложный феномен. Вебер определяет власть как возможность личности или группы реализовать свою волю даже при сопротивлении других. Власть может быть функцией обладания ресурсами в экономических, статусных и политических системах; и класс, и статус – ресурсы обладания властью.

Третья форма ассоциации, которой Вебер уделял внимание, — партия. Считая, что причины деления общества на классы лежат в экономике и что в основе существования статусных групп лежит престиж, он охарактеризовал партии как объединения людей по убеждениям. При этом, партии совсем не обязательно быть классово или статусно ориентированной, а зачастую она не является ни той, ни другой.

КЛАССЫ ПОСЛЕ КЛАССИКОВ

Многие авторы современных стратификационных теорий продолжают развивать классические теоретические модели, в разной степени соглашаясь с пионерами и классиками социальной стратификации, из которых наиболее значительными по сей день являются К. Маркс и М. Вебер.

ПО СЛЕДАМ НЕОМАРКСИСТОВ.

Марксизм породил немало последователей. Кто-то из них пытался придерживаться линии, кто-то занялся творческой ревизией. В результате в двадцатом столетии возникло множество весьма разноликих теоретических направлений. Здесь и «ленинская» линия с вариациями от сталинизма до маоизма, и социал-демократы, и несколько особняком стоящие крупные фигуры вроде Д. Лукача и А. Грамши. На дрожжах интереса к «молодому» Марксу взошли австромарксизм с двумя поколениями Франкфуртсткой школы, давшей в итоге целую вереницу громких имен (М. Хоркмайер и Т. Адорно, Г. Маркузе и Э. Фромм), а также экзистенциальный марксизм во Франции (Ж.-П. Сартр, М. Мерло-Понти).

Марксизм спровоцировал появление ярких ревизионистов в странах социалистического лагеря (в первую очередь, в Югославии, Венгрии и Польше).

Как это ни парадоксально, свидетельствуют исследователи, но именно советский ортодоксальный марксизм, выдавший «на-гора» столько трудов по классовой структуре и вроде столь яростно боровшийся за чистоту учения, послужил, скорее, выхолащиванию классовой теории. Посудите сами: что остается от «диалектики классовых отношений» – гордости марксизма – в утверждениях о дружественном союзе рабочего класса и колхозного крестьянства с народной интеллигенцией, опирающемся на единую общественную собственность на средства производства? Чистая словесная формальность. Что же касается новых явлений в классовой структуре западных стран – усиления роли средних классов и стремительно исчезающей революционности пролетариата, делали вид, что все это не более чем «буржуазные» выдумки. Так что нынешнее поголовное отвращение Россиян к классовой теории в целом – закономерный итог многолетнего вдалбливания слишком примитивных образцов этой теории.

Совокупное социологическое наследие неомарксистов очень велико. Обратимся к достаточно известным, если можно так выразиться, «полуклассическим», именам из рядов западного неомарксизма, а точнее, к тем из них, кто потратил немало усилий в дебатах по теории классов в течение последних трех десятилетий. Но, прежде всего, подытожим принципиальные особенности исходной марксовой теории классов. Следует иметь в виду, что концентрированного изложения классовой теории у самого К. Маркса нет. Как правило, обобщаются положения из целого ряда работ: фрагмента об отчуждении труда из Экономическо-философских рукописей, «Немецкой идеологии», первой главы «Манифеста Коммунистического партии», незавершенной главы «Классы» из третьего тома «Капитала», «18 брюмера Луи Бонапарта» и др.

Общий подход к теории классов служит ярким образцом экономического

, за которым скрывается технологический детерминизм. Базис общества образуют производственные отношения, которые определяются, в конечном счете, уровнем и характером развития производительных сил, особенно средств труда. Ядро производственных отношений образуют отношения собственности на средства производства. Они-то и служат основным критерием выделения классов. Прочие критерии служат для выделения групп и страт внутри существующих классов. Классы есть нечто большее, нежели номинальные статистические группы. Класс –это отношение. Поскольку собственность распределена крайне неравномерно, и весомая часть производителей отчуждена как от нее, так и от получаемого продукта, классовые отношения суть отношения эксплуатации. В каждом обществе существуют «основные» и «неосновные» классы. Борьба основных классов – главный мотор общественного развития и прогресса. Все прочие группы находятся в орбите этого классового противостояния. В капиталистическом обществе основными классами являются буржуазия и пролетариат. Воспроизводство капитала сопровождается дифференциацией собственности и доходов, возрастающей поляризацией общества в целом. Структурное положение класса определяет его объективные интересы. Осознание этих интересов пролетариатом как наиболее продвинутым из эксплуатируемых классов превращает его из «класса в себе» в «класс для себя». Процесс этого превращения хотя и противоречив, но в принципе неизбежен. Осознание интересов приводит к мобилизации пролетариата и руководимых им нижних слоев в коллективном действии, направленном на революционное преобразование общественного базиса.

С течением времени ортодоксальный марксизм с его теорией классов был подвергнут жесткой и многосторонней критике, заключающей, по крайней мере, следующие пункты:

(«8») Экономический, а тем более технологический, детерминизм – лишь один из возможных подходов к общественному развитию, причем, подход наиболее примитивный, грубый. В результате корпоративизации экономики, «революции управляющих» и элементов «Невредного капитализма» произошла своеобразная «

диффузия

собственности». И собственность в результате утратила свою роль основы противостояния классов. Удар, нанесенный маржиналистами трудовой теории стоимости, поставил под сомнение основательность теории прибавочной стоимости, а, следовательно, и тезис об эксплуатации неимущих классов. Анализ эмпирических данных не подтвердил предположения о возрастающей поляризации ведущих западных обществ. Напротив, зафиксирован подъем средних слоев (и это было, пожалуй, наиболее серьезным теоретическим поражением марксизма).

Ревизована крайне упрощенная схема чуть ли не причинно-следственной связи между положением классов, их групповым сознанием и совершаемым коллективным действием. Обращено внимание на снижающуюся организованность и революционность рабочего класса, и поставлен вопрос о свершившемся историческом уничтожении пролетариата. Явные затруднения возникли у марксистов с объяснением социальной структуры общества советского типа, применительно к которому отрицалось существование как принципиальных различий в отношениях собственности между классами, так и серьезных социальных конфликтов.

Эта критика, низводящая «класс» в ранг только одной из целого ряда объясняющих переменных, побудила новые поколения марксистов искать свои ответные ходы.

Морис Цейтлин: Собственность и контроль

С начала двадцатого века в западной экономике произошли изменения столь значительные, что игнорировать их уже не было никакой возможности. Изменились и структура собственности, и организация труда, также как состав и настроения рабочего класса.

Это касается, не в последнюю очередь, пресловутой «менеджерской революции», которая перекроила ряды «капитанов бизнеса» и поставила вопрос, а сохранилась ли вообще капиталистическая система. Марксистами она, естественно, воспринималась не слишком благосклонно. Типичным отношением можно считать позицию М. Цейтлина, который предпринимает тщательный анализ институциональных связей внутри и между корпорациями, отношений корпораций с банками и т. п., чтобы показать, что отделение собственности от управления в крупных корпорациях не размывает эффективного контроля класса капиталистических собственников. Происходит скорее перераспределение ряда менеджерских функций.

«Мне кажется, – заключает М. Цейтлин, – что «отделение собственности от управления» является одним из тех широко принимаемых псевдофактов, под бременем которых время от времени оказываются все научные дисциплины»

Другие неомарксисты относятся к этому еще более скептично, считая, например, что снижение роли капиталистической собственности касается в основном её юридического аспекта. С точки же зрения экономического содержания собственности, определяемого реальным контролем над производственными факторами, система сохраняет свои капиталистический характер (Г. Карчеди).

С этих же позиций в основном критиковались и другие положения, вроде концепции «народного капитализма». Говорилось, что «однофунтовая» акция владеющего ею рабочею никаким собственником, увы, не делает.

Но в целом отметим, что центр тяжести явно смещается с вопросов типа «Кто имеет?» на вопросы «Кто контролирует?». И. закономерно, все большее внимание направляется на содержание и организацию трудового процесса.

Харри Браверман: «Деградация труда»

Попытку продолжить ортодоксальную «производственную» линию предпринимает Х. Браверман в своей нашумевшей в середине 1970-х годов работе «Труд и монополистический капитал». Однако Браверман смещает акцент в область разделения труда, содержания трудовых функций и контроля над трудовым процессом.

В современной иерархической производственной организации продолжается обособление трудового процесса от реальных трудовых навыков, а выработки решений – от исполнительских действий, монополия на знания используется для возрастающего контроля над каждым участком трудового процесса. И все это оказывается не более чем техническими условиями обеспечения прибыльности капитала. Современные технологии, по мнению Х. Бравермана. не столько обогащают труд, сколько способствуют поляризации квалификационных групп. Причем, большинство «синих» и «белых» воротничков подвергаются деквалификации (знаменитый «deskilling thesis») и все более подпадают под власть монополистического капитала. (Особенно это касается возрастающей армии клерков).

Классовое структурирование, таким образом, является здесь «первой производной» индустриального и постиндустриального разделения труда. Государство всегда все свои силы направляет на развитие господствующей социальной сословной общности, развития её социального субъекта.1

Кому-то, возможно, выводы Х. Бравермана покажутся слишком прямолинейными. Но сколько критических работ они стимулировали!

Андре Горц: «Прощай, рабочий класс»

(«9») Более пессимистичен в своих оценках соотечественник Горц. Он ставит крест на «исторической миссии пролетариата» и вообще «прощается с рабочим классом», который по его убеждению, превращается в «не-класс не-рабочих»2.

«Капиталистическое развитие породило рабочий класс, в принципе не способный к овладению средствами производства и с непосредственными интересами, которые не созвучны социалистической рациональности»

Отчасти это произошло в результате деквалификации рабочего класса под действием современных технологий и вытеснения квалифицированных рабочих машинами. Но в значительной мере связано также и с дисперсией самой власти. Ныне она не принадлежит уже никому, но является эффектом действия всей организационно-производственной системы.

Задача, таким образом, – не завоевание власти, но освобождение в труде, а еще более, от труда. В этой позиции и утверждениях типа «Труд сейчас существует вне рабочих» особо очевидна связь с теорией отчуждения труда молодого Маркса, хотя термин «отчуждение» вроде и не упоминается. Но менее понятно, как это освобождение может произойти практически.

В одной из более поздних работ Горца содержится важное уточнение о природе нового антикапиталистического сопротивления, которое не связывается более с процессом труда. «Субъект социалистического переустройства общества, следовательно, более не порождается капиталистическими производственными отношениями в виде классового сознания рабочего как такового. Оно возникает в рабочем, например, как в обитателе определенного района, в котором он, подобно большинству проживающих рядом собратьев, вследствие капиталистического развития, лишен многих социальных и природных условий»

Перед нами, таким образом, попытка (в данном случае, возможно, не доведенная до своего логического конца) оторвать все же взгляд от труда и производства в целом и искать решения проблем в более широких социокультурных областях. Борьба с экономическим детерминизмом разворачивается не на шутку.

Никос Пуланцас и др.: Марксистский структурализм

Марксизм произвел на свет и свои версии структурного функционализма, разработанного, прежде всего, Л. Альтюссером в стремлении возродить Учение, очистив его, во-первых, от всякого гегельянства, а во-вторых, выступив против ортодоксального экономизма. Если основоположник указывал на два «мотора» общественного развития (движение производительных сил и борьба классов), то теперь в качестве такового, безусловно, выбирается именно классовая борьба.

В собственно же классовой теории наиболее заметной фигурой данного направления стал Н. Пуланцас. В работах Н. Пуланцаса общественный процесс предстает, в первую очередь, как воспроизводство определенной структуры социальных мест, которым соответствуют функциональные социальные практики. Воспроизводится структурная «решетка», ячейки которой могут заниматься разными социальными агентами. Принципиально важно, что структурные рамки не ограничиваются одними только экономическими отношениями, но включают также отношения политического и идеологического господства и подчинения.

Впрочем, несмотря на стремление преодолеть прямолинейный экономизм путем трехуровневого подхода и попытки пересмотра ряда положений, связанных с теориями государства и классовой борьбы, эта версия все же недалеко отстоит от ортодоксального марксизма и скорее была предназначена для того, чтобы влить «новое вино в старые мехи».

Потому в конце 70-х позиции марксистского структурализма подвергаются радикализации. П. Хирст, например, счел, что Н. Пуланцас, «не отрицая экономизм, лишь несколько его усложнил». Основной тезис П. Хирста, также как и его соратника Б. Хиндесса, заключен в принципиальной невозможности редуцировать многообразие социально-политической реальности к классовым отношениям. Политика и идеология представляются им вполне самостоятельными аренами социального действия и классовой борьбы.

На политико-идеологическом «классообразовании» и существовании «политических классов» акцентирует внимание и А. Пржеворски, также упирающий на ключевую роль классовой борьбы. Классы; по его убеждению, образуются никак не до, а лишь в процессе самой этой борьбы как результат коллективного организованного действия, прежде всего действия политических партий.

Здесь мы приходим уже чуть ли не к «политическому детерминизму». Хотя Пржеворски вроде бы никогда не был альтюссерианцем, а принадлежит, согласно условной классификации, течению «аналитического марксизма», о котором речь пойдет немного позже.

Эдвард Томпсон: Исторический марксизм

Еще в середине 1960-х годов против экономического детерминизма выступает представитель «исторического марксизма» . Он делает упор на отношения, возникающие в процессе классовой борьбы. При этом, однако, призывает не преувеличивать роль революционных катаклизмов.

Томпсон выводит классы из общих интересов людей, базирующихся на их совместном опыте. Доказательства же строятся на историческом анализе периода становления «классического» капитализма (он, таким образом, вторгается в «святая святых» марксизма).

Томпсон указывает на историческую неоднородность как господствующих, так и угнетаемых классов, неоднозначность и разнонаправленность их коллективных действий, на сохраняющиеся элементы сильного традиционного (в том числе, «морального») сознания. Он пытается столкнуть марксистский анализ со статичных объективистских позиций.

Вступая в полемику с более левыми собратьями по перу, вроде П. Андерсона, одного из лидеров «New Left Review», и апеллируя к множеству исторических наблюдений, Томпсон настаивает на следующем:

  • «Класс – это культурное и социальное образование (часто находящее свое институциональное выражение), которое не может быть определено абстрактно или обособленно, но только в отношении с другими классами;
  • и это определение всенепременно опосредуется временным контекстом, в котором происходят действие и ответные реакции, изменения и конфликты. Говоря о классе, мы имеем в виду не слишком строго определенную группу людей, разделяющих общие интересы, социальный опыт, традиции и системы ценностей, людей, предрасположенных вести себя как класс, определять себя в своих действиях и в своем сознании как класс по отношению к другим группам людей. Сам по себе класс – это не вещь, но событие»1.

Джон Ремер и др.: Аналитический марксизм

(«10») Характерная особенность аналитического марксизма – более позднего течения, выплеснувшегося на дискуссионную арену в 1980-х годах, – проявилась в готовности его приверженцев, отказавшись от цитирования сакральных «классических» текстов, вновь и вновь перекапывать слой методологических предпосылок, причем, делая этот процесс достоянием общественности.

Одним из отцов-основателей этого теоретического направления стал Джон Ремер. В методологическом плане Ремер призывает к излечению от телеологической болезни марксизма и вообще освобождению от всякой диалектики – этой, по его выражению, «йоги марксизма» как метода «ленивых телеологических рассуждений». Аналитический марксизм, помимо прочего, пытается примирить марксистские доводы с предпосылками неоклассической теории, создать «марксизм рационального выбора» (за что впоследствии заслужил упреки в «неорикардианстве»).

«Аналитики», в первую очередь, в лице Ремера, всерьез взялись за творческую переработку понятия эксплуатации. (От понятия этого многим марксистам, действительно, отказаться трудно. Некоторая расплывчатость компенсируется в нем богатством этических коннотаций со всеми намеками на несправедливость и угнетение).

Ремер предлагает свою общую теорию эксплуатации. Он оставляет в покое теорию стоимости и прибавочной стоимости и, почерпнув ряд понятий из арсенала теории игр, вводит в оборот «правила изъятия». «Сухой остаток» его рассуждений таков: «Если члены группы (коалиции) могут выиграть от «выхода», то они являются эксплуатируемыми». Наличие эксплуатации как основы классовых отношений, таким образом, определяется самой возможностью лучшего удела.

Конечно, нельзя не заметить, что в предлагаемых «играх в покидание» капитализма или социализма слишком много условности. Да и распределение доходов, выбираемое в качестве опоры, дает критерий довольно-таки поверхностный. В результате понимание эксплуатации растягивается до рамок чуть ли не всякого потенциально устранимого неравенства, расширяя и возможности конструирования новых классов. В частности, Ремер пополняет арсенал понятиями «квалификационной» и «статусной» эксплуатации.

Пример творческой утилизации «правил изъятия» дает впоследствии и Ф. Ван Парийс. Он выводит так называемую «трудовую» эксплуатацию, осуществляемую работающими по отношению ко всем безработным , которые, безусловно, выиграли бы при условии уравнительного распределения работы. Не исключается и возможность формирования класса безработных как «класса-для-себя».

Свой вклад в «аналитический марксизм» внесли Г. Коэн, П. Бреннер и ряд других исследователей. Но наиболее ярким его представителем, без сомнения, стал, американец Э. Райт.

Эрик Олин Райт: К новым классовым схемам

Э. Райт берет на себя нелегкий труд вернуть «классу» значение центральной объясняющей категории. Для этого он поворачивается к теоретическим истокам и обозначает шесть основных ограничений (предпосылок), присущих всякой марксистской концепции классовой структуры, а именно:

Классовая структура устанавливает пределы образованию классов, классовому сознанию и классовой борьбе. Классовая структура образует сущностные качественные линии социальной демаркации внутри исторических траекторий социальных изменений. Концепция класса есть концепция, трактующая отношения. Определяющие классовый строй социальные отношения скорее внутренне антагонистичны, нежели носят симметричный характер. Объективной базой этих антагонистических интересов выступает эксплуатация. Фундаментальную основу эксплуатации следует искать в общественных отношениях производства».

В противовес традиционному марксизму, обычно занимавшемуся построением довольно абстрактных макроструктурных теорий, Райт объявляет своею задачей создание концепции классовой структуры на микроуровне при достаточно невысоком уровне абстракции (нечто вроде «теории среднего уровня»).

Он также пытается отстаивать позитивистские позиции в противовес более типичным для марксизма взглядам на «практическую» природу знания, заряженного духом борьбы и социальных преобразований.

С оружием позитивизма он бесстрашно ступает на самое скользкое для марксистов место – объяснение и вписывание в теоретические конструкции довольно-таки «неудобных» средних слоев. Для этого вырабатывается его исходная концепция «противоречивых классовых расположений». Если традиционный марксизм обычно придерживается принципа: «Одно место в структуре – один класс», Райт помещает целый ряд «средних» групп сразу в две-три позиции.

В качестве теоретической подкладки Райт поначалу использует теории собственности и господства. Однако вскоре он видоизменяет свои позиции. При попытках операционализации понятия «автономии» Райт приходит к выводу, что оно слишком уж (не по-марксистски) «градационно». Плюс к нежеланию заразиться веберовским духом от теории господства, это послужило толчком для перехода от концепции «противоречивых классовых расположений» к концепции «многомерной эксплуатации».

Здесь Райт начинает модифицировать теорию Дж. Ремера и фиксирует три вида эксплуатации – эксплуатацию, основанную, соответственно, на собственности на средства производства, на организационной иерархии и на владении квалификационными дипломами (первая, по его мнению, более характерна для капитализма, вторая – для стэйтизма (госсоциализма), а третья – для (реального) социализма).

Последние два вида эксплуатации, возникающие из монопольного обладания современными менеджерами и экспертами организационными и квалификационными ресурсами, по мнению Райта, овеществляются в части их оплаты труда , носящей, по его мнению, откровенно рентный характер. (Перед нами, таким образом, творческая замена старомарксистской теории «производительного и непроизводительного труда»).

Заметим, что в отличие от Ремера, отводящего по одной форме эксплуатации на каждый способ производства, Райт предполагает при капитализме их одновременное сосуществование. При этом, объясняя до — и посткапиталистические системы, он вовсе игнорирует ремеровскую статусную эксплуатацию.

(«11») Затем Райт исследует связь положений всех этих классов с уровнем их доходов и структурой сознания, измеряемой через ряд полярных политических установок. Причем, при всех различиях по странам и континентам, он эту связь находит.

Марксисты (Г. Карчеди и др.) намекают Райту, что его попытка синтезировать марксистскую теорию эксплуатации и господства с эмпирическим анализом классовой структуры носит распределительный и внеисторический характер, растёт из «чужого» тела неорикардианской теории факторов производства.

Наконец, все более явным становится заимствование Райтом в пылу полемической борьбы веберовской проблематики и методологии. Это и переход на уровень индивидуального сознания, и важность формальной квалификации для процессов классообразования, и проскальзывающие высказывания о роли карьерных траекторий как динамического аспекта классовых позиций. Множество точек соприкосновения сыграло, очевидно, не последнюю роль в провоцировании ожесточенной дискуссии Райта с неовеберианцами.

ПО СЛЕДАМ НЕОВЕБЕРИАНЦЕВ

Семидесятые годы нашего столетия оказались отмечены печатью «веберовского ренессанса», давшего, помимо прочего, и множество трудов по социальной стратификации и мобильности. Ренессанс был связан отчасти с переводом и переизданием основных трудов М. Вебера, а отчасти – с разочарованием ученой публики в марксизме. Для многих «открытие» его трудов стало своеобразным лекарством, излечивающим от марксистской односторонности.

Сначала укажем те принципиальные подходы к анализу социальной структуры, которые были продемонстрированы М. Вебером и его последователями. Преемственность с марксизмом здесь имеется, но сдвиги очень и очень значительны.

1. В основе любой стратификации (отнюдь не только в политической сфере) лежит распределение власти и авторитета. В противовес марксистам, властные отношения не увязываются жестко с отношениями собственности, а в противовес функционалистам, несут в себе явные элементы конфликтных начал.

2. Центр тяжести переносится со ставших структур на системы социального действия, на становящуюся структуру. При этом внимание фокусируется на типологических характеристиках индивидуального действия.

3. Утверждается плюралистический подход к анализу социальной структуры. Понятиями «класс», «статус», и «партия» обозначаются три относительно самостоятельные плоскости экономической, социокультурной и политической стратификации.

4. Изменяется понимание «экономического класса». Отношение к собственности становится частным критерием. Акцент же делается на рыночные позиции групп. Класс объединяется типичными шансами на рынках товаров и рынке труда.

5. Жизненные шансы социальных групп определяются не только их текущим положением на разных рынках, но рассматриваются как продукт специфических карьерных возможностей. Перспективы социальной мобильности становятся внутренним моментом определения положения разных групп.

6. Наиболее интересным и сложным моментом становится анализ статусных позиций, определяемых престижем образования и профессии, стилем жизни, социокультурными ориентациями и нормами поведения, а также фиксация их связи с рыночными позициями. Статусные группы являются реальными общностями, осуществляющими коллективное действие, в противоположность классам, представляющим лишь возможную основу совместного действия.1

К преимуществам веберовского подхода можно отнести его разностороннюю сбалансированность. Он позволяет включать конфликтные и функциональные элементы; выявлять социальных актеров, не теряя при этом структурных рамок, в которых они действуют; вносить в стратификационный анализ динамические элементы. Развитие веберовских подходов пошло по нескольким направлениям.

Франк Паркин: Исключение и узурпация

Р. Дарендорф не отвечает на вопрос, с какой целью ведется борьба за власть и авторитет. На него отвечает Ф. Паркин, более явно прочерчивающий веберовскую линию аргументации. С соответствии с его позицией, классы формируются в процессе коллективного действия, нацеленного на монополизацию ключевых ресурсов, определяющих их возможности и виды на социальное продвижение. К этим ресурсам относятся не только собственность иобразовательно-квалификационныс дипломы, но также расовые, языковые, религиозные атрибуты – словом, все то, что может быть использовано для улучшения жизненных шансов данной группы.

«Способ коллективного действия, – подчеркивает Ф. Паркин, – сам по себе является определяющей чертою класса».

Это коллективное действие принимает форму социального «ограждения» (closure) против других претендентов на ресурсы и вознаграждения. Ограждение выступает в двух основных формах:

  • «исключения» (exclusion), под которым понимается «попытка одной группы сохранить и защитить свою привилегированную позицию за счет какой-то другой группы через процесс её субординации»;
  • «узурпации» (usurpation), подразумевающей, напротив, «использование власти в отношении вышестоящих групп».

Причем, вторая форма (узурпация) обычно является реакцией на действия по исключению, которое представляет собой господствующую форму социального ограждения в любом стратифицированном обществе (в более ранних работах Паркин называл вторую форму «солидаризмом».

(«12») В отличие от Парсонса или Дарендорфа, Паркин не намеревается девальвировать значение отношений собственности, остающихся одной из ключевых форм социального ограждения. Но не извлечение прибавочного продукта ставится уже во главу угла, а утверждение и отстаивание социальных прав, за которыми, в свою очередь, стоит система распределения власти и авторитета.

Под таким углом зрения социальная структура оказывается куда менее простой и однозначной. Ибо большинство классов осуществляет одновременно разные противонаправленные действия. Так, одна и та же группа рабочих (белые, протестанты, мужчины) могут выступать как «узурпаторы» («солидаристы») в отношении к своим нанимателям, но одновременно монополизировать доступ к своим позициям на рынке труда, проводя политику исключения в отношении черных и цветных рабочих, католиков, женщин.

Итак, заключение Паркина таково: «Не положение группы в разделении труда и не производственный процесс определяют её классовую позицию, но присущий ей способ первичного социального ограждения».

Важно отметить, что класс здесь начинает рассматриваться не как нечто, жестко детерминированное структурой, но как процесс выработки и реализации стратегий, при помощи которых социальные группы заявляют и отстаивают свои права на ресурсы и вознаграждения.

: Многокритериалыюсть как теоретический принцип

Веберовский плюралистический подход к анализу социальной структуры последовательно отстаивается , считающим, что класс, статус и политическая власть являются основой для трёx отдельных общественных иерархий. Конечно, в некоторых (чаще всего, доиндустриальных) обществах и в некоторых случаях (как, например, в случае с иерархией социально-профессиональных групп) классовое, статусное и властное членения могут сходиться очень близко, чуть ли не совпадать. Но в принципе. они всегда остаются относительно самостоятельными стратификационными системами, а между их категориями нет даже особо тесной связи.

Помимо узкого «партийно-политического» понимания «власти» Рансимен повсеместно использует это понятие в общесоциологическом значении – как основу любого структурного процесса, образования и класса, и статуса, и партии. Используя распределение власти как исходную основу для множества стратификационных критериев, он предлагает сначала «идеальные типы индустриального общества», построенные на базе различных стратификационных систем («классовое», «элитное», кастовое», «плюралистическое», «социалистическое» и «революционное»), а из этих «кубиков» складывает типологию «реальных обществ», включающую в себя:

«неокапиталистический» тип (пример Великобритании) «социал-демократический» тип (пример Швеции) «государственный социализм» (пример Советского Союза) «революционный социализм» (Китай) и «этнократический» тип (Южно-Африканская республика).

Рансимен воюет с однокритериальным членением общества и собственно в классовой теории, утверждая, что ни профессионально-должностное положение, ни размеры дохода не могут служить достаточным основанием для выделения классов, но только единство трех критериев наличия или отсутствия экономической власти:

  • возможностей контроля (распоряжения экономическими ресурсами);
  • размеров собственности (юридического владения ресурсами);
  • рыночных позиций (обладания необходимыми способностями или квалификацией).

Сравнивая между собой трех профессиональных инженеров с одинаковыми персональными данными – служащего крупной компании, владельца малого бизнеса и независимого консультанта, – Рансимен утверждает (и в этом суть его подхода), что, «несмотря на всю разницу между ними как в уровнях дохода, так и в системе занятости, они находятся в одной классовой позиции. А происходит это потому, что каждый из них представляет один из функционально эквивалентных критериев экономической власти – контроль в первом случае, собственность во втором случае и рыночные позиции – в третьем».

Рансимен фиксирует на этой основе семь различных классов. Интересен сам подход – выделение классов в зависимости от масштабов реализуемой экономической власти, учитывающее позиции субъектов на рынке собственности, рынке труда и во внутрифирменной организации.

Многокритериальный подход был реализован в целом ряде эмпирических исследований, посвященных разным социальным группам. К «классическим» образцам сегодня можно отнести исследование клерков Д. Локвудом, рабочих «Кембриджской группой» (Дж. Голторп и др.), мелкой городской буржуазии (Ф. Бичхофер и др.), сельских фермеров (Г. Ньюби и др.).

И если марксисты, чаще всего, игнорируют проблемы социальной мобильности (их интересует скорее структура классовых позиций, нежели распределение индивидов по этим позициям), то сторонники веберианской методологии уделяют куда большее внимание именно траекториям социального движения (К. Прэнди, Р. Блэкберн, А. Стюарт).

В конце 1980-х годов группа исследователей в лице Г. Маршалла , Д. Роуза и др. решается выступить в качестве рефери в дискуссии между лидерами классовой схематизации неомарксистом Э. Райтом и неовеберианцем Дж. Голдторпом. «Правильный» (right) класс, конечно, не научное понятие, но обыкновенный каламбур, возникший в связи с фамилией Райта. Чаша весов в то же время, по мнению внимательных судей, склоняется в пользу Голдторпа. Маршалл и его коллеги сами проводят обширные исследования, делая больший упор на проблемы структуры классового создания. Итогом изысканий становится вывод о том, что при всей амбивалентности классового сознания, «класс» все же остается одной из важнейших объясняющих переменных.

(«13») Можно выделить три основных направления стратификационной теории, берущие начало в классическом социологическом наследии и тянущиеся через столетие к нашим дням – марксизм, веберианство и функционализм. Неовеберианцы в целом противостоят сразу двум структуралистским подходам – марксистскому, выстраивающему жесткие позиционные структуры, и функционалистскому, акцентирующему проблемы нормативного регулирования. Вместе с марксистами веберианцы оказываются в конфликте с функционализмом благодаря своему конкретно-историческому подходу, вниманию к властным основам отношений, выделению дискретных экономических классов. С функционалистами же против марксистов их объединяет осознание принципиальной важности статусных различий и социальной мобильности. В то же время марксисты и функционалисты, в своем стремлении к монизму, предлагают более стройные логически и более влиятельные в идеологическом отношении модели социального порядка.

Каждое направление рисует свои стратификационные картины. У марксистов традиционная схема выглядела так: отношение двух основных классов образует основную ось. Прочие средние слои тяготеют к тому или другому полюсу. Функционалистами конструируются более или менее длинные непрерывные шкалы социально-профессиональных позиций, обладающих различным престижем. А у веберианцев появляется множество относительно самостоятельных иерархий. И каждая социальная группа занимает сложные, комбинированные классовые и статусные позиции. Картина все более усложняется с появлением новых стратификационных подходов.

4. Выводы

В качестве вывода по работе позволю себе процитировать: «Понятие социальной структуры общества является предметом изучения разных сфер социально-гуманитарного знания, в том числе философии, социологии, политологии, экономической теории и др. Философское содержание этого понятия сводиться к тому, что принцип структуризации общества, выделения в нём тех или иных элементов и их иерархии во многом определяет положение и роль человека в историческом процессе, диапазон его возможностей и смысл существования».1

Список использованной литературы:

[Электронный ресурс]//URL: https://psystars.ru/referat/sotsialnaya-struktura-obschestvapo-filosofii/

Арефьева философия ч.1,2 М. 1994 Барулин философия, М. 1999 Барулин -философская антропология, М. 1994 произведения, М. 1990 Классы, слои и власть, М. 1981 Гуревич словарь, М. 1997 Кохановский , Ростов н/Д. 2002 Ленин собрание сочинений, М. 1963 , , Социальная стратификация, М. 1996

1 Гуревич словарь. — М., 1997. – С.189

1 Ленин собрание сочинений // Великий почин. — М., 1963. – С.15

1 Классы, слои и власть. – М., 1981. – С. 122.

1 «Система социологии», т.2, — М. 1993г.- С.142

1 Философия / Под ред. – Ростов н/Д., 2002

1 Кохановский . – Ростов н/Д., 2002.- С.287

1 Барулин -философская антропология. – М., 1994. – С.170.

1 Ленин собрание сочинений // Великий почин. — М., 1963. – С.15

1 Избранные произведения. – М., 1990. – С.401.

2 Там же. – С. 410.

1 Барулин . соч. – С.187

2 Арефьева философия. – М., 1994. – С.186

1 Кохановский . соч. – С.156

1 Указ. соч. – С.456

1 Кохановский . соч. – С.290

preview_end()